В книге жизни порой очень много страниц:
Неотмеченных дат и стареющих лиц,
И фальшивых аккордов, увядших цветов.
Кто-то может найти там былую любовь…
Есть глава, не у всех, посвящённая детям.
И мечте потаённой - стать великим поэтом…
У мужчины – страница о женщине «вамп».
Никогда не откроет подробностей вам…
И у женщин, конечно же, столько страниц,
Посвящённых особому званию – «Принц»!
Принц-блондин, Казанова и просто брюнет.
От альфонсов и Жиголо – тёплый привет.
Эти главы обычно в начале случаются.
Но проходят года и страницы меняются.
Вот скандалы и распри, ужасный разврат,
У кого-то - сестра и двоюродный брат…
Кто-то тайно свою посещает соседку.
Муж ушёл от неё – променял на нимфетку.
Кто-то верил, любил и надеялся очень,
А потом всё открылось, - и он опорочен.
На последних страницах обычно читаем:
О покое, здоровье и внуках мечтаем...
Почему каждый жизнью быть должен побит,
Чтобы после надеяться, верить, любить?
Книгу жизни легко превратить в черновик.
Уничтожь, как школяр, с "двойкой жирной" дневник!
Раз уж прошлое к нам никогда не вернётся,
Стоит набело жить и жалеть не придётся!
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
Гефсимания - Вадим Сафонов У каждого своя Гефсимания.
На этой неделе в ленте промелькнула очередная дата присвоения Нобелевской премии по литературе Борису Пастернаку. От последней, из-за чудовищного давления советской машины, он отказался. Одним из самых знаменитых его произведений является роман \"Доктор Живаго\", о судьбе русской интеллигенции начала 20 века.
Будучи также поэтом, он включил в роман цикл стихов. Самым знаменитым стало \"Гамлет\", которое декламировали многие знаменитые советские актеры 2-ой половины XX века. То самое, в котором \"жизнь прожить - не поле перейти\".
Но меня зацепила другая цитата:\"Если только можно, Авва Отче, чашу эту мимо пронеси\". Эта фраза из молитвы Иисуса Христа в Гефсиманском саду. Это были последние часы, когда Иисус, будучи на свободе, мог предотвратить арест и казнь. И в этот момент он как никогда был близко к нам, обычным людям, находящимся в стрессовых ситуациях. Сотни и тысячи лет после тех драматических событий в Иудее, мы, понимая неотвратимость ужасного, поднимаем глаза к небу и говорим\"да минует меня чаша сия\".
Несколько дней я находился под впечатлением переживаний нет, не собирательного образа Гамлета, или Юрия Живаго, или самого Бориса Пастернака, затравленного после той злополучной Нобелевки. А пронзительного стенания Сына Божия, в котором сплелись переживания всех людей, стоящих перед пропастью.
Сохранен размер и рифма \"Гамлета\" Бориса Пастернака, присутсвуют некоторые аналогии.
